круговорот
Я - растрёпанный тополиный пух в твоих пальцах.
Скатал плотный, мягкий шарик, побросил в воздух. Улыбнулся. На прощанье мне всплеснул пёстрым крылом твой шарф.
Тёплый ветер быстро загнал меня в густые ветви шиповника и оставил там, увлёкшись новой игрушкой.
Наверное, мне было бы грустно, если бы умел печалиться тополиный пух.
Когда облетели листья, обнажая худенькие остроплечие веточки, меня нашёл осенний дождь. Он плакал о чём-то, непрерывно слушая в наушниках готическую музыку, а я уговаривала его снять их - ведь плачет из-за этой обречённой мелодии.
Дождь не хотел облегчения, он хотел, чтобы его гладили, целовали и жалели, плача вместе с ним. Поэтому однажды он ушёл.
Я почти забыла о тебе... Коротка память тополиного пуха.
С первым морозом я высохла и покрылась серебристой пыльцой. Как это восхитительно - быть серым катышком, а осознать себя утренней звёздочкой!
Я посмотрела на себя в пыльное окно, на карнизе которого оставила меня когда-то озябшая ворона, и вспомнила, как ты рисовал мои глаза на запотевших стёклах такси.
А потом началась метель. Меня подняли вверх и закружили миллионы белых фей.
Мы смеялись и летели, зажмурившись, в никуда.
Стоклнулась с чем-то мягким и открыла глаза. Я сидела на твоей перчатке, а вокруг меня таяли подружки. Ты с удивлением рассматривал странную снежинку.
Тёплую снежинку, которая не тает.
Привет.