***
Привет-привет, мой старый друг!
Я не спрошу, как ты и что ты, захочешь - расскажешь сам, и ты не спрашивай меня, ведь я не расскажу о себе - здесь всё только для меня самой.
А пока я пребываю в себе, мир скользит мимо, почёсывая зазевавшихся обитателей шершавой спиной. Мир - как большой прекрасный змей. Нужно смотреть зорко, внимательно вглядываться, чтобы заметить в траве движение его гибкого тела, нужно обладать мужеством, чтобы тронуть и оседлать его, и нужно иметь мудрость, чтобы спрыгнуть с него и отпустить вперёд, оставшись одному. Мудрость так близка к глупости, что порой их невозможно отличить, но что смешней всего - ни глупец, ни мудрец не станут заниматься подобным. Пребывая среди глупцов, оставим-ка поиск различий статистикам и логикам, ведь нас всегда интересовало лишь невидимое, верно?
Мой сад этим летом облюбовали ежи с седыми иглами, а я всё забываю смазать ставни, чтоб не пугать гостей неловким, резвым скрипом, когда впускаю солнце в комнаты и загоняю бодрыми шлепками в цветные наволочки сны. Ежи мои, поверишь ли, так мило чешут животы - совсем как псы, так мелко-мелко, задней тонкой лапой, и рассекают влажную траву по-крейсерски, разыскивая синие пилюли ещё не спелых, кисло-горьких слив, тех, видимо, что были сбиты пчёлами и осами, жужжащими вокруг с медовой, ласковой ленцой. Ежи и пчёлы - вот все посетители мои.
Да прошлое ещё заходит, тяжёлой тихой лапой наступит, знаешь, мне на грудь, а то и ляжет сверху, выдыхая в лицо мне прежние мечты. Тому я рада, что оно не просится пожить, и не в обиде, что сама с ним первой не заговорю. Приходит и уходит мой незваный гость бесшумно, незаметно, как дождь или восточный ветер... Но тяжесть эта, что мне прошлое оставит по себе - как тёплый камень, прижавший семечко к тоскующей по лесу почве, она не даст мне улететь и стать небытием.
Я знаю, ты всегда со мной, как я всегда с тобой, и с расстоянием, с годами любовь становится лишь чище, легче и прочней, избавившись от шелухи неважного, но хочется мне иногда тебя обнять, прижать луну-улыбку губ к твоей обветренной щеке, послушать голос твой, полуприкрыв глаза, зажав в руке кленовый мокрый лист.
Мы встретимся однажды, старый друг, когда пересекутся дни, пути, планеты, мы встретимся - неважно, где и кем.