ненавижу это чёртову генную инженерию

- Ненавижу эту чёртову генную инженерию.
Уже четвёртое утро я просыпалась с этими словами. Мои ногти яростно скребли кожу везде, где только могли дотянуться руки, а гибкостью меня природа не обделила.
На десятой минуте моего пыхтения проснулся Димка. Он окинул меня недовольным взглядом и попытался сфокусироваться на часах.
- Спи, рано ещё. Половина седьмого, - я улыбнулась, рассматривая его сонную физиономию. Всегда любила ловить именно эти моменты. В момент пробуждения человек самый красивый.
Услышав мои слова, Димка перевернулся на другой бок, рассыпав по подушке соломенные пряди длинных волос, и - знаю это точно - тут же нырнул в яркий цветной сон.
Я вернулась к своему зуду. Кожа была повсеместно покрыта розовыми полосами, оставшимися от ногтей. Нет уж, хватит. Поднялась с нашей жёсткой спартанской кровати и пошла в душ, на ходу собирая волосы в узел на макушке.
Ледяная вода на время сняла раздражение. Я умиротворённо зажмурилась, наслаждаясь редкими минутами покоя. Опять опоздаю на работу. Усилием воли заставила ладонь повернуть рукоятку смесителя и выбралась на скользкий плиточный пол. Когда-нибудь убьюсь на нём, и виноват в этом будет Дим. Мог бы, в конце концов, за полгода найти время сменить покрытие или хотя бы купить шершавый коврик.
Босые мокрые ноги раскрасили тёмный пол гостиной узором из отпечатков. Я оглянулась на пороге кухни, любуясь новым элементом дизайна в нашей квартире. Жаль, что он сохранится ненадолго. Вспомнилась аптека неподалёку от работы: там, в качестве рекламы от грибка, на псевдо-мраморном полу были расклеены жёлтые контуры человеческих ног. Как будто труп стоящий обводили, честное слово... Я хихикнула и вошла в кухню. Вскоре на столе шумел монотонным прибоем греющийся чайник, а на сковороде шипела и извивалась Димкина "вредная еда" - колбаса и омлет. Залила кипятком овсяные хлопья и отправилась будить друга.
- Дим, вставай. Еда готова.
Никакой реакции.
- Ди-и-и-и-м! Вставай сейчас же! - я бесцеремонно схватила его за выглядывающую из-под простыни ногу и начала стаскивать с кровати. Димка тут же возмущённо замычал и попытался высвободить ногу.
- Ещё полчасика... - сонные глаза на секунду открылись, запуская внутрь немного света.
- Ни за что, - я подёргала его за пальцы на ногах.
Как ни странно, Дим сдался, и, хмуро заявив, что я безобразно себя веду из-за линьки, направился умывать свою фарфоровую, словно у наштукатуренной японки, кожу.
Странно, насколько часто мозг забывает регистрировать вещи, которые мы делаем автоматически. Я задала тот же вопрос, который звучал ежедневно, стоило мне подойти к машине:
- Я закрыла квартиру?
Сонный Дим пожал плечами и зевнул, прикрывая рот холеной ладонью. Всегда завидовала его маникюру. Мои же ногти всегда были разной длины. Благо дело, одного цвета.
Я быстро сбегала в дом, убедившись, что дверь заперта. Когда вернулась, Дим сидел за рулём, задумчиво поправляя манжет синей шёлковой рубашки.
Запрыгнула в машину и, сцепив зубы, принялась ёрзать на сидении.
- Линяешь? - Димка злорадно хмыкнул.
- Нашёл чему радоваться. Сам такой же будешь через пару месяцев.
Сезоны у нас почти совпадали по времени.
- Это ещё дожить надо... - он рванул машину с места так, что я сильно ударилась затылком о подголовник. Вода приняла удар на себя, деформировав подушку почти в бублик.
- С такой ездой - не доживёшь, - резюмировала я, поправляя причёску. Сзади подголовник с тихим хлюпаньем принял прежнюю форму.
Дим обладал дивным чутьём на пробки и объезжал их какими-то совершенно незнакомыми мне маршрутами, что позволяло нам добираться на работу за десять-пятнадцать минут. У меня же на это уходило не меньше часа. Мы всё равно опоздали на три минуты. Лысый, похожий на филина охранник многозначительно постучал ногтем по циферблату настенных часов.
- Да знаю, - я с ненавистью покосилась на стрелки, - Сколько там уже в сумме выходит?
- На вас вместе или по отдельности? - торчавшие кустами вокруг лысины волосы ехидно затряслись под порывами кондиционированного воздуха, - Узнаете от руководства. Я только записываю время прихода.
Охранник склонился над клавиатурой, набирая мою фамилию однопальцевым методом. Дим раздражённо вздохнул, созерцая, как я, вывернув руку под диким углом, чешу себе лопатку. Но вдруг подёргал меня за плечо и указал на табло кондиционера. Там горело зелёным светом заветное слово <шторм>. Видимо, у начальника в очередной раз похмелье, раз гоняет по комнатам такую погодку. Но для нас это стало настоящим спасением. Когда из динамиков донёсся гром, а из отверстий в потолке появились небольшие перевёрнутые металлические грибы, охранник нервно посмотрел вверх. Убедившись в правильности своих подозрений, он суматошно принялся накрывать компьютер полиэтиленовым чехлом.
- Повезло вам сегодня, - филин махнул рукой, прощая нам опоздание, и принялся копаться в шкафу, разыскивая, по всей видимости, дождевик. Мы тут же рванули в свои кабинеты, чтобы не попасть под ливень.
Когда я вбежала к себе, из грибков уже мелко накрапывал дождь. Я быстрым движением набросила на компьютер плёнку и подняла лицо к потемневшему потолку.
Кутаться в плёнку сама и не подумала - я же не Дим, не трясусь над собственным внешним видом, а вода - отличный способ уменьшить зуд.
Через десять минут, когда в мой кабинет под огромным зонтом прошествовал начальник, я, насквозь мокрая, сидела с ногами на рабочем столе.
- Хм, - тонкая бровь возмущённо изогнулась. Я милостиво убрала ноги со стола и теперь махала ими, радостно обдавая брызгами безупречно сухой костюм Олега.
- Доброе утро, Олег!
- Не язви, - начальство уныло присело рядом со мной на мокрый стол и мучительно долго переводило взгляд с пола на меня, - Плохо мне.
- Сейчас помогу, - я спрыгнула со стола и влезла под него, копаясь в ящике. Наконец выбралась обратно, победоносно размахивая пакетиком с тонкими золотыми иглами-волосками, - Нашла.
Олег - грустный худой брюнет - замычал, что, видимо, означало радость. В это время закончился штормовой режим кондиционера, и подул лёгкий тёплый бриз с запахом степных трав.
Я аккуратно и точно - сказывались годы тренировок - воткнула в голову Олега несколько иголок, превратив его в полулысого дикобраза-переростка. Уже через несколько секунд сквозь недовольную гримасу начало проступать знакомое лицо начальника.
- Ты меня спасла, проси, что хочешь, - Олег торжественно положил руку мне на плечо, что, вкупе с торчавшими из его головы золотыми усиками, выглядело сценой из малобюджетного фильма об инопланетянах.
- Спишите время опозданий и дайте отпуск на время линьки, - недолго думая, заявила я.
- Ну, это уж слишком... - начальник хмуро потоптался на месте, - Ладно, спишу половину опозданий. - И Диму тоже!
- Ладно, и Диму тоже, - Олег кивнул.
Пока я выдёргивала иглы из его головы, прозвучал вопрос дня:
- Кем хоть на этот раз будешь?
- Издеваетесь? - я злобно выдернула иголку чуть резче, чем следовало по правилам. Олег взвыл и тут же попытался нащупать больное место рукой.
- Уволю! - он погрозил мне кулаком.
- А нечего издеваться.
- Мало ли, может, какие-то участки кожи уже полиняли, - начальник возмущённо оправдывался.
Я выдернула последнюю иглу и аккуратно бросила её к остальным, лежавшим в стерилизаторе. Нажала на нём кнопку и прислонилась к стене, пытаясь потереться сразу всей спиной.
- Убила бы того ирода, который это придумал. Руки бы выдернула.
- А вот зря ты, между прочим, - Олег закрыл зонт и теперь педантично осматривал свой серый костюм в поисках погрешностей, - Человек принёс несомненную пользу в дикие времена расизма.
- Это не польза, это проклятие какое-то! Лучше уж войны, чем линька.
- Ничего ты не понимаешь, - он окончил осмотр и поднялся, направляясь к выходу, - Зайди ко мне после обеда, есть задание.
Я в ответ ещё яростнее принялась чесаться о стену. Вскоре заглянул скучающий Дим - приволок с собой чай и печенье.
- Какой цвет планируем? - он участливо наблюдал за трениями между мной и креслом.
- Вы сговорились, что ли?? - я возмущённо громыхнула блюдцами.
- А что, я в позапрошлый раз- это получается около десяти лет назад - уже на третий день знал, что буду азиатом - глаза стягивало, - Димка умудрялся говорить и поглощать печенье одновременно.
- Врёшь, - я прищурила глаза, - Кстати, Олег сказал, что есть задание.
- Опять, небось, отправит в Европу. Меня так точно, - Дим вздохнул.
- А куда же тебя ещё с таким белым личиком? - я фыркнула.
- Да хоть бы и в Австралию! Повезло тебе, две недели ничегонеделанья. Не пошлёшь же такую - чесоточную, - он заулыбался до ушей.
- Зато потом долгосрочно зашлёт, чую. Только бы не негритянкой - в Африке сейчас жара кошмарная.
- Жаль, что нельзя самому выбирать. А какой ты родилась? - Дим сжевал всё печенье и теперь брезгливо отряхивал крошки со стола.
- Никогда не интересовалась.
- Говорят, при рождении ребёнок разноцветный. Вот бы увидеть...
- Заведи ребёнка - увидишь, - я фыркнула.
- Работа не позволяет, - он произнёс это с такой ответственной физиономией, что я рассмеялась:
- Отговорки. С каких пор дипломатам работа не позволяет иметь семью?
- Всё зависит от личной ответственности, - Димка поучительно склонил голову и вышел, оставив мне грязную посуду.
- Вот уж, воистину, верх ответственности, - я улыбнулась и, вызвав посудный лифт, загрузила в него остатки полдника вместе с посудой.
Задание действительно оказалось для Дима - его на полтора месяца отправляли во Францию.
- Как раз до линьки успеешь, - Олег торжественно взгромоздил на моего коллегу кучу документов и отправил его собираться.
Границы были вещью очень условной - такой же условной, как и расы. Но людям определённого цвета кожи нравилось проводить время вместе - в Европу как раз съезжались белокожие. А в Африку не съезжался никто... Жарко.
- Ставлю на чёрный, - начальник радостно ощупал мою щеку.
- Не дождётесь, - я вышла на балкон и посмотрела вниз.
Там, в жутком месиве цвета, каждые пять минут менял расу один из жителей города. Статистика чётко учитывала, кто и когда сменил цвет. Вот только почему нет статистики о том, сколько времени в течение своей жизни человек тратит на эту отвратительную зудящую линьку?
Я со злостью почесала колено.
- Ненавижу эту чёртову генную инженерию.