путь

Наши самые постыдные поступки совершены под звук женского плача.
Слабейшим достаточно встретить лишь горсть рассветов, обнимая гибкое белое тело, и они уже не двинутся путь; их не оторвать от женской груди. Они - и без помощи подруги - найдут сотни отговорок, они покроются язвами и будут хрипло дышать, ибо дух их сломлен: он теперь стал податливой глиной в женских руках. В действительности же язвы распустились алыми ртами не на телах. Они разъели и исказили мужское начало в душе слабого воина. Бывший солдат стал трутнем, увальнем; скакун, на котором вспахали землю, никогда больше не будет сражаться за победу, отдав ей всего себя: он обесчещен. Нам не жаль таких.
Женщины вымывают из нас волю бесконечными слезами и укорами - это ли не кислота, вгрызающаяся в наше оружие куда стремительнее и ожесточённее, чем любые происки врага! Ведь враг - мужчина.
Женщины перебивают наши колени и утяжеляют сердца свинцом своих страхов. О, сколько страхов в них!
Женщины бросают нам под ноги сыновей, не давая уйти, в последней, отчаянной попытке.
Коварные, они подсыпают нам зелья и договариваются с нашими врагами, чтобы уберечь нас от того, для чего мы рождены.
Они ненавидят наших братьев в бою и не доверяют им, но принимают за чистую монету рыночные крики мерзавцев и подстрекателей.
Наши женщины готовы убить нас из страха потерять.
В ответ мы лишь любим их.
Ибо что мы без них и к чему наш путь, если, закрывая глаза в сон или смерть, мы не вспоминаем лица той, кого любим?