полечкины мемуары : мелкие бесчинства

Так же, как у всех представителей молодёжи есть знакомый, который знает знакомого, у которого в классе была "Головач Лена", так у каждого ребёнка где-то недалеко от дома была расположена стройка.
Наша стройка была частным двухэтажным домом, который, кстати, так и не достроили. Начали возводить при советской власти, но тут грянул путч, выгорели деньги (даже зашитые в полосатые матрацы), и стройка, подражая ненаступившему светлому будущему, заморозилась на неопределённый срок.
Там были доски, камни, лестница на второй этаж и дыра в заборе; сторож отсутствовал. Что ещё нужно ребёнку для счастья?
Полечка с мальчишками торчала там часами, выковыривая сейфы в сыпучем и хрупком материале стен, играя в прятки и войнушки. Неопределённое количество подранных железными штырями футболок и шортов было вполне приемлемой платой за игровой полигон.
А потом (таких, кстати, тоже приходится по одному знакомому на каждого ребёнка) мальчик Витька упал со второго этажа, и у него появились трещина в кости и много громкого рёва. По закону равновесия, раз у него прибавилось, у остальных тут же убавилось: дыру хозяева заделали, а перелезать через полутораметровый забор, конечно, определёнными усилиями бы получилось, но не стоило того.
Тем более, что совсем недалеко была железная дорога. А железная дорога - это тоже ничего себе какой игровой полигон!
Полечка была девочкой благовоспитанной, поэтому не одобряла покладывания под поезд разных предметов. Мама говорила, что от этого может сойти с рельсов. Не одобряла, конечно, но монетки клала: очень уж хотелось медальончик. Не сосчитать количества возложенных Полечкой десятикопеек и прочих копеек, выданных на мороженое или пирожное. Но самое в этом странное и печальное, что жаждущая кулончик девочка не смогла найти ни одной из расплющенных монеток! Либо они улетали далеко от насыпи, либо намертво впечатывались в колёса поезда, но факт остаётся фактом: монетки бесследно исчезали.
После пролетевшего стрелой поезда Полечка погружалась в медитативное копание в гравии. Если даже не свою найду, то хоть чужую, думала она. Но не находилось никаких. В конечном итоге Полечку утомил безрезультатный процесс, и она перестала посещать и железную дорогу.
Она вернулась к кулинарным развлечениям.
Как-то один из маминых друзей принёс Полечке в подарок три крошечных кукурузных початка с тёмно-серыми блестящими зёрнышками. Он сказал, что это - специальная кукуруза для попкорна. Полечка была предприимчивая, я уже говорила. Она пошла с початками в гости к соседке Оле, которая хоть и была на два года младше, но играть с ней Полечка иногда соглашалась. Оля была рада, что с ней играет старшая девочка, и с радостью поддержала идею сделать попкорн. Было известно, что его нужно нагреть на сковородке. Девочки немалыми усилиями выковыряли твёрдые зёрна из початков, поставили сковородку на огонь, высыпали туда будущий попкорн и принялись ждать. Нужно ли говорить, что о накрытии крышкой никто и не подумал?
Когда кукуруза начала стрелять и разлетаться с огромной скоростью по кухне, девочки с диким визгом вылетели в коридор и закрыли за собой дверь. Стрельба затихла через пару минут, и Полечка осторожно приоткрыла дверь. В полной дыма кухне коптила сковородка на максимальном огне, намертво ужарив и превратив в чёрные катышки где-то половину зёрен. Вторая половина, преобразившись-таки в попкорн, неравномерно покрывала пол, стол, холодильник и посуду в сушилке, гнездилась внутри плафона, плавала в забытом на плите борще и выглядела совсем не как снег, а очень даже некрасиво. После того, как окна были открыты для проветривания, сковорода залита водой, а попкорн собран в тарелку, девочки насладились редкостным для советского ребёнка блюдом. И запах гари этому совсем не мешал.