1

Бася, пофлиртовав напоследок с крупноносым охранником, вылетает бабочкой из офиса и цокочет каблучками на остановку. Метров пятьдесят ей приходится пробираться через дворовую зону, шлепаясь подошвами то в грязную снежную кашу, то в тщательно размазанные дворничихой по асфальту экскременты болонки Нины Васильевны, то в оброненный мусоровозом двухнедельный оливье.
Наконец сапожки выносят Басю к оживленной остановке, бензиновым пятнам, радугой перекинувшимся от бордюра к канализационному люку, окуркам, саже и плевкам выпивших горожан с невысоким достатком.
А еще через каких-то пятнадцать минут сидения в маршрутке, когда ребристый полиуретан подошвы соскреб с пола остатки вчерашнего полупереваренного обеда чернорабочего дяди Пети, неаккуратно убранного усталой и подслеповатой Наташкой, Бася оказывается в центре города и предвкушает встречу с блистательным бойфрендом Витей.
До встречи еще есть минут десять, и Бася решает провести их с толком, посетив уборную.
Уборная обшарпана, но аккуратно вымыта, блестящий пол стреляет в ноздри хлором. Поджидая свою очередь, Бася, глядя в зеркало, красит губы и размышляет о том, как прекрасно и безоблачно сложатся последующие сорок лет ее жизни с Витей. Очередь удлиняется, за Басей пристраиваются пухленькая мамаша с дочкой-школьницей, пожилая забулдыга Соня, несколько незамужних подруг бальзаковского возраста; хвост очереди скрывается за кабинкой кассы.
Наконец Бася достигает заветной кабинки, защелкивает замочек, задирает дубленку и, уперевшись руками в стену, становится на унитаз в позе стартующего орла. Пока Бася приседает, приходят в движение невидимые механизмы, проворачиваются шестеренки, раздается щелчок - и половины унитаза рывком разъезжаются в стороны. Ломая при падении обе лодыжки, с громким криком Бася падает прямо в ад.
Потому что нечего становиться своими грязными отвратительными сапогами на унитаз.